Читаем без скачивания Торговец плотью [= Торговец живым товаром] - Ричард Пратер

Тот застонал, явно приходя в себя.

— Черт, — скрипнул зубами Тони, достал из-под пиджака пушку, перехватил ее за ствол, наклонился и не сильно стукнул Фишера по затылку. — Он подождет — мы заберем его с собой. Отправляйся за машиной.

Они вернулись в гостиную, и Рок вышел через парадную дверь. Тони оглядел собравшихся — около двадцати женщин и двое мужчин. Вроде бы никто не успел улизнуть. Фрейм стоял у двери, а Келли сидел на стуле, поддерживая руками голову.

Тони подошел к Фрейму:

— Что это за субчики?

— Не знаю. У них нет никаких документов, поэтому я оставил их до твоего возвращения и избавился от девяти других. Вроде нормальные посетители.

— Имена, адреса записал?

— Обязательно. — Фрейм похлопал себя по карману пиджака. — Вдруг пригодятся.

Тони остановился перед двумя мужчинами. Нервы у него были на пределе — надо поскорее убираться отсюда.

— Вы кто такие, парни? — хрипло спросил он.

Те опасливо назвали себя, вот только поди узнай — подлинными ли именами?

Тони повернулся и оглядел молчавших женщин.

— О’кей, ваша очередь, грязные шлюхи. Надеюсь, вы догадываетесь, что вашей богадельне конец? Так кто из вас знает этих ребят? Говорите же, у меня мало времени.

Одна из женщин прикусила губу, потом неуверенно проговорила:

— Я знаю… вот этого. — Она показала пальцем. — Он здесь бывал уже раза два.

— Вы прекрасно понимаете, что я имею в виду. Меня не интересуют клиенты. Мне нужны те, кто устроил вас сюда.

— Если о нем, то он просто клиент.

Еще одна женщина поручилась за него же. Трое других аттестовали клиентом и второго посетителя. Если они и лгали, Тони ничего не мог с ними поделать, но ему показалось, что они все же говорят правду. Кое-кто из женщин был на грани обморока.

Тони выставил обоих мужиков и повернулся к притихшей аудитории:

— Вы знаете меня, по крайней мере некоторые из вас. Я — Тони Ромеро. В этом городе никто не занимается проституцией без моего ведома. — Тони замолчал, поиграл желваками. — Фрейм, идите с Келли в соседний дом, посмотрите, что там и как. — Когда они вышли, Тони продолжил: — Ладно, вашу лавочку я прикрываю. — Он отыскал взглядом миссис Нельсон: — Сечете? Либо вы пашете на нас и отстегиваете что положено, либо не работаете вовсе. А я прослежу, чтобы во Фриско вас не наняли даже на сортировку мусора. Так что решайте, и побыстрей. Итак, что это за легавый? И кто еще стоит за вами?

Миссис Нельсон облизнула губы, кивнула на дверь. Тони резко повернулся, но там никого не оказалось. И тут он услышал отдаленное, щекочущее нервы завывание сирен. В то же мгновение появились Фрейм с Келли.

— Легавые, — бросил Фрейм. — Слышишь? Чего доброго, они не станут никого слушать.

Тони сообразил, что он хотел этим сказать. Могли появиться «не те» копы и бросить их в каталажку, если не перестрелять.

Фрейм поспешно доложил:

— В соседнем доме никого. Должно быть, улизнули, когда здесь поднялся тарарам.

Тони негромко, с досадой выматерился.

— Уходим через черный ход. Рок ждет там с машиной.

Они бросились к выходу под аккомпанемент все громче завывающих сирен. Тони, как ни торопился, успел быстро произнести прощальные фразы:

— Вы, сучки, остались без дела. Если хотите работать, приходите ко мне. Найти меня не трудно. Вам же лучше будет.

Заключительная речь показалась ему самому бессвязной, где-то на грани безумия, но так уж подогревало его кровь нахлынувшее возбуждение. Тони был так взвинчен, как если бы обкурился травки. Бросив последний взгляд на застывших слушательниц, Тони побежал на улицу. Машина ждала его с работающим мотором. Тони плюхнулся на сиденье и крикнул:

— Вперед! Жми!

Сирены, казалось, сверлили им затылки.

Тони открыл дверь своей квартиры близко к полуночи. Рока они доставили к врачу, как только выскочили из переулка, едва разминувшись с копами.

Дома Тони прямиком направился к бару. Свет в квартире горел. Он успел нацедить кукурузного виски в стакан на два пальца и разбавлял его содовой, когда из спальни вышла Мария, одетая в зеленое шелковое платье.

— Тони, что происходит? Анджело звонил раз шесть. Где ты пропадал?

— Анджело? Что ему было нужно?

— Он хотел, чтобы ты немедленно позвонил ему. Тони, ты странно выглядишь, словно заболел. — Она явно волновалась, тревога состарила осунувшееся лицо. — Я тут с ума сходила, милый.

Она подошла к нему и нежно тронула его руку.

— Со мной порядок. Пожалуй, позвоню-ка я Анджело.

— Что случилось, Тони?

— Потом расскажу. — Тони набрал номер телефона в конторе Анджело и, дождавшись ответа, сказал: — Это я. Мария говорит, вы мне звонили?

— Ты, идиот! Знаешь, кого ты пришил? Копа. Черт бы его побрал. Весь город словно спятил. Тебя уже ищут. Давай быстро ко мне!

Глава 11

Когда Тони приехал в контору, Фрейм и Келли были уже там. Притворив за собой дверь, Тони подошел к письменному столу, — за которым в позе судьи восседал Анджело. Босс сурово смотрел на него своими желтоватыми глазами.

— Ну, натворил ты дел, Ромеро.

Тони наклонился вперед, упершись ладонями в столешницу:

— Выбора не было. Этот воинственный сукин сын пытался всадить в меня пулю. Я что, должен был поймать ее зубами?

А перед этим он ранил Рока. Я ездил вовсе не для того, чтобы прикончить копа. Это получилось само собой. В порядке самообороны.

— Ладно, ладно, я в курсе, Ромеро. Фрейм и Келли мне все рассказали. Однако твое ухарство дорого нам обойдется.

— Он действительно держал два публичных дома. Его приятели копы, видимо, вскоре допрут, что к чему. И когда эта новость попадет в газеты…

Анджело расхохотался, заметно успокоился и достал из ящика стола сигару.

— Его приятели копы! — фыркнул Анджело. — Я все время забываю, какой же ты наивный, Ромеро. Утренние газеты распишут, как благородный, бесстрашный и честнейший сотрудник полиции нравов был хладнокровно убит злобным бандитом. Будут упомянуты дома дурной репутации и сделаны прозрачные намеки на то, что бравый сержант Йоргенсен проводил закрытое расследование, идя по следу людей, занимающихся эксплуатацией человеческих слабостей, и геройски погиб при исполнении служебного долга. — Анджело сунул незажженную сигару в ротик, пожевал ее. — И каждый проповедник в городе примется обличать сутенеров и бедных невинных овечек, которых насильно склоняют к жизни во грехе.

— Благородный, бесстрашный… Ерунда!

— Слушай меня хорошенько, Ромеро. — Анджело заговорил на октаву ниже, склонившись над столом и пристально уставясь на Тони. — Каким бы грязным ублюдком ни был Йоргенсен, он остается копом. А копы — кристально чистые люди, особенно когда их убивают. Имя Йоргенсена запишут золотыми буквами в почетной книге полицейского управления Сан-Франциско, можешь в этом не сомневаться. А уж такое преступление, как убийство коллеги, копы просто обязаны довести до конца. Ибо, если они не сделают этого, полицейских начнут убивать как обычных граждан. Так что сослуживцы Йоргенсена просто должны найти его убийцу. Для них это и дело принципа, и дело жизни.

Тони скрипнул зубами от ярости, но на кого, в самом-то деле, сердиться? На Анджело? На полицейских? На весь омерзительный и гнусный мир? На себя? Беда вырисовывалась теперь еще страшнее, нежели он мог предполагать, хоть у него пока не было времени обдумать случившееся.

— О’кей, — проговорил он. — Что дальше? Я не собираюсь являться с повинной и заявлять: «Вот он я, режьте меня, посыпайте солью и кушайте». Что делать-то?

— Ты уберешься из города. Сегодня же ночью. Я знаю, как делаются такие дела, Тони. — Анджело заговорил спокойно и деловито. — Убийцу они найдут и даже, быть может, добьются его осуждения и отправки в газовую камеру. Но, естественно, это не должен быть ты.

Тони нервно порылся в карманах, достал и прикурил сигарету, только потом буркнул:

— Да уж, не хотелось бы.

— Ты уедешь сегодня же ночью, — инструктировал его Анджело, — такие вот дела, Тони. Пока тебя не будет в городе, ты мне, понятно, не помощник. Нам постоянно будут нужны все новые и новые девочки. Особенно сейчас, когда ты так славно раскрутил дело. Я собирался особо отметить твои заслуги, Тони. Кстати, и за пределами Фриско ты сможешь встретить немало симпатичных мордашек, которые с радостью согласятся начать красивую жизнь в большом городе.

Тони помрачнел — ублюдок хочет, чтобы он занялся обычным сводничеством, поставкой свеженьких крошек для борделей.

Анджело заметил его настроение и спросил:

— Что-нибудь не так? Уж не угрызения ли совести тебя мучают?

— Дело не в том. Просто я раньше никогда этим не занимался — может, у меня ничего не получится?

— Ты парень видный, Тони, у тебя шикарная тачка да и бабки немалые, — принялся педантично втолковывать Анджело. — Какого рожна тебе еще недостает? Большинство девочек, как известно, приходят к нам по доброй воле в желании подрубить больше деньжат, нежели они могут добыть тяжким трудом на уборке клубники, дойке коров или на чем там еще. Ты по натуре инициативный и сообразительный, Тони, и я верю в тебя.